В НИУ ВШЭ прошла первая в России сессия по социологии научной коммуникации


13 апреля 2018 г. 00:50

На Апрельской конференции НИУ ВШЭ впервые прошла сессия по социологии научной коммуникации – Science Communication and Post-Soviet Science-Society Relations: Theoretical Framework and Empirical Data. В качестве пленарного спикера выступила Майя Хорст, профессор Университета Копенгагена, руководитель факультета медиа и коммуникации и один из самых авторитетных мировых экспертов по социологии научной коммуникации. Хорст - автор книги Science Communication: Culture, Identity and Citizenship, в которой дается современное общепринятое определение феномена научной коммуникации:

Научная коммуникация - это явные, организованные и спланированные действия, направленные на передачу научных знаний, методологии, методов и практик в тех случаях, когда существенной частью аудитории являются неспециалисты.

Кроме того, в сессии приняли участие старший преподаватель департамента социологии НИУ ВШЭ Андрей Кожанов, и двое членов АКСОН - директор Центра научной коммуникации ИТМО Дмитрий Мальков и доцент Университета ИТМО Александра Борисова.

Мы публикуем интервью Андрея Кожанова и модератора сессии - старшего научного сотрудника СИ РАН Лилии Земнуховой о том, что такое научная коммуникация, в каком состоянии находится отрасль в России и нужно ли пытаться вовлекать ученых в этот процесс.

Андрей Кожанов:

Что такое научная коммуникация?

Научная коммуникация – это внешняя коммуникация между наукой и обществом. Современная тенденция состоит в переходе от элитарной модели популяризации и просвещения как перевода научной информации в форму, доступную широкой общественности, к демократической модели взаимопересечения научной и общественной повестки дня. При таком подходе население обладает определенными правами и возможностями, идущими не от автономного статуса института науки, а от новых технологических, образовательных и медийных возможностей участия, сопротивляться или отрицать которые институт науки уже не может.

На каком этапе развития сейчас находится сфера научной коммуникации в России?

Сейчас и в мире, и в России мы наблюдаем огромный рост интереса к научной коммуникации, поиск новых форм и практик взаимодействия и диалога. В этом смысле процессы в российском сегменте научной коммуникации отличаются от мировых тем, что мы находимся в поисках новой этики отношений между наукой и обществом, в поисках нового общественного договора в области социальной ответственности ученых. И модель «научной пропаганды» - это только одно из решений, не самых новых и не самых актуальных. Вопросы осмысления новой роли науки в обществе осознаются и на уровне госполитики, и на уровне институтов, и в социальной среде вовлеченных граждан. На нашей сессии мы будем специально смотреть и анализировать сообщество научных коммуникаторов в России, его социальную структуру, его смысловое единство, источники этой новой социальной идентичности и, возможно, - новой профессиональной группы.
Специальным приглашенным гостем сессии станет профессор Майа Хорст, руководитель департамента медиа, познания и коммуникации университета Копенгагена, Дания. Она одна из наиболее авторитетных специалистов по теории и практике научной коммуникации. На примере ее книги 2016 года «Science Communication: Culture, Identity and Citizenship» (соавтор - Sarah Davies) мы попробуем ответить на вопрос, имеет ли научная коммуникация в России свои уникальные особенности и как научная коммуникация в России протекает в условиях появления новых каналов массовой коммуникации и образования, новых горизонтальных и спонтанных форматов такой коммуникации, новых и старых общественных дискуссий по поводу моральной и политической стороны взаимоотношений науки и общества. Иными словами - как выглядит ландшафт научной коммуникации и профиль научного коммуникатора.
 

Лилия Земнухова:

Нужна ли научная коммуникация обществу? 
Научная коммуникация в том или ином виде всегда сопровождала научно-техническое развитие, но, кажется, всегда не хватало профессиональных научных коммуникаторов - не столько ученых, продвигающих свои идеи, сколько специально обученных медиаторов с определенным набором скиллов. Их миссия, как мне кажется, в том, чтобы сохраняя высокий статус научной деятельности, распространять научное знание и способствовать взаимодействию академии, государства, бизнеса и общества.

Почему необходимо вовлекать ученых в этот процесс? Как их мотивировать взаимодействовать с обществом в российских реалиях?

Наверное, для начала надо признать, что не все ученые хотят и готовы взаимодействовать с обществом. При этом не все формы научной коммуникации предполагают непосредственное вовлечение ученых. Вызов для научных коммуникаторов состоит и в том, чтобы находить "безболезненные" способы распространения научного знания. Например, можно не просить ученого выступить где-то или принимать в чем-то активное участие, достаточно попросить прокомментировать научно-популярную статью, написанную по мотивам его/ее исследования.

На мой взгляд, в научной коммуникации важно сохранять академические границы и возможность выбора индивидуальных стратегий ученого, но при этом всё же находить способы распространять знание. Сегодня в российской научной-технической сфере есть много противоречий, часть из которых могут решить научные коммуникаторы: разрыв между техническими и гуманитарными науками, политические ограничения научной деятельности и научная экспертиза в политической сфере, трансфер технологий и знаний, научная журналистика и другие формы коммуникации с обществом и государством. Если профессионализация научной коммуникации приведет к тому, что голоса ученых станут более видимыми и влияющими на принятие решений, нам не придется дополнительно мотивировать и вовлекать ученых.